Захватчик

Категория: По принуждению

Они захватывали один город за другим. Наши войска издавна потерпели сокрушительные поражения, и сейчас каждый город пробовал защищаться без помощи других, но силы были очень неравными. Мы вообщем дружелюбная цивилизация и к войне были совсем не готовы. Агрессоры же оказались реальными ассами агрессивной войны, и наши мужчины не смогли им ничего противопоставить. Даже по внешнему виду парней можно представить разницу в нраве наших стран: мужчины нашей цивилизации, обычно, щуплые и низкого роста, мужчины цивилизации захватчиков не в пример крупнее и смотрятся более зловеще. О беспощадных порядках захватчиков уже прогуливались слухи: каждому бойцу было разрешено бросить для себя в собственность дом, который он захватит, если же в некий дом врывалась группа боец, то он доставался старшему офицеру. Не считая того, ему в собственность доставались и все дамы этого дома, оставшихся же в живых парней направляли в рабство.

В тот злополучный вечер я и моя двоюродная сестра находились у себя дома: по последним известиям неприятель был еще далековато, но мы уже собирали вещи, чтоб на всякий случай бежать из городка и попробовать укрыться в лесах. Нам с сестрой было по 19, я — блондиночка, она — брюнетка, обе с длинноватыми волосами, среднего роста, стройного телосложения, но никак не тощие. В общем, обыденные, полностью красивые девчонки со всеми причитающимися красотами. Мы уже практически год как обе были замужем. Выйдя замуж за собственных юношей в один денек, мы с того времени жили все совместно в двуэтажном коттедже: я с супругом на нижнем этаже, сестра со своим — на втором. Наши ребята, вернувшиеся из разбитой армии, завтра должны были вступить в гарнизон городка, и мы планировали этой ночкой как надо попрощаться с ними. Но судьба распорядилась по другому.

Наш дом находился на самой окраине городка, и вот поэтому неприятель поначалу прошел мимо нас.

Когда входная дверь в один момент распахнулась, мы все вчетвером находились в холле нижнего этажа, упаковывая сумки. В дом практически вихрем влетело несколько человек в камуфляжной форме и с автоматами наперевес. От неожиданности мы оторопели, не способен двинуться с места, подонки же времени даром не теряли — чтоб скрутить наших мальчишек им потребовалось от силы секунд 5.

— Прекрасно, — по-хозяйски озираясь, произнес тот, кто был старшим.

Судя по погонам, это был полковник, при этом для этого звания относительно юный — на вскидку ему можно было дать лет 35-40. Даже на фоне собственных никак не хилых боец он выделялся массивным телосложением, а хоть какого из наших мужей он был больше чуть не вдвое. Окинув взором комнату, он поглядел на нас, и его лицо расплылось в удовлетворенной улыбке.

— Пожалуй, я беру этот домик, — произнес он, пока наших юношей выволакивали из дому.

Они пробовали чего-то орать, с отчаянием озирались на нас, но сделать что-либо были бессильны. Кто-то из боец спросил полковника, требуется ли ему помощь, но он их всех отпустил, оставшись наедине со мной и моей двоюродной сестрой. Как позже выяснилось, последние несколько месяцев он провел в неизменных боях и марш-бросках. Круглосуточное пребывание в состояние готовности к бою, адские полевые условия и полное отсутствие секса. Логично, что сейчас он скупо пожирал нас пылающими от похоти очами. Все же, это был волевой человек, и он не накинулся на нас сходу, видимо, решив малость оттянуть сладостный миг заслуги за лишения.

— Даже не пытайтесь бежать, — он, как будто прочел наши мысли, — город все равно окружен, вас изловят, тогда и вам вправду не достаточно не покажется. Лучше приготовьте мне чего-нибудь поесть, я очень утомился.

Мы как будто на ватных ногах прошли на кухню и длительно стояли на ней, переживая происшедшее. Мы слышали о случаях, когда девицы и дамы бежали от вновь обретенных владельцев: их, в какой-то момент, всех ловили, и то, что делали с такими беглянками, лучше не говорить. Оставшись же, мы оставались в своем доме и принадлежали всего одному мужчине, при этом далековато не самому ужасному (ведь не достаточно ли кто мог попасться), к тому же в чине полковника. Мы обсудили с сестрой кандидатуры, и сообразили, что альтернатив у нас нет. Самое наилучшее для нас было — остаться в доме, и попытаться не злить свежеиспеченного владельца, чтоб, не дай боже, не отказался от нас в пользу солдатни.

Приготовив пищу, мы отнесли ее полковнику, он вновь поглядел на нас полными страсти очами, но вновь сдержал себя, улыбнулся, и попросил бросить его 1-го, чтобы он мог расслабленно поесть, а где-нибудь через полчаса возвратиться. Мы поднялись на 2-ой этаж, выждали полчаса, поплакав и попереживав о наших супругах (что сейчас с ними будет?), и спустились вниз.

Он лежал на диванчике с закрытыми очами и блуждающей ухмылкой на лице. Полковник за ранее оголился ниже пояса и сейчас лежал исключительно в футболке цвета хаки, обширно раздвинув ноги, а меж его сильными бедрами гордо вздымался эрегированный член. Видимо, одна идея о том, что он только-только стал владельцем роскошного дома c 2-мя молодыми красотками в придачу, привела его соскучившийся по любви половой орган в состояние полной боевой готовности. Должна признаться, что мужское достоинство моего супруга было бы просто забавным рядом с этим красавчиком, а судя по рассказам сестры — и достоинство ее супруга тоже. Может это тоже национальные отличия?

При всем этом большой член и огромные яичка смотрелись даже очень органично меж толстых мужицких ног этого гиганта. Мы с сестрой некое время заворожено смотрели на это волшебство природы, а позже я, сама в страхе от того, что делаю, как загипнотизированная приблизилась к диванчику и бесшумно опустилась на колени, так, что мое лицо оказалось аккурат рядом с его достоинством. Сестра последовала за мной, но только чуток с боковой стороны и тоже опустилась на колени.

«Все равно нам сейчас придется его повсевременно ласкать, какой смысл оттягивать начало», — почему-либо поразмыслила я, и влекомая все этим же непонятным порывом, протянула вперед руку, нерешительно коснувшись плюсы полковника.

Тихий стон удовольствия раздался с обратного конца дивана, а ноги раздвинулись еще обширнее, вроде бы предлагая продолжать. Полковник был весь влажный от пота, возможно, когда они шли на штурм городка им пришлось длительно бежать, что сегодняшним жарким летом не так то просто, к тому же, он, похоже, издавна не умывался. Я опустила голову ему меж ног и будто бы вся погрузилась в этот густой запах пота. Моя рука лаского погладила закостеневший член и спустилась ниже, медлительно огибая округлость его переполненных спермой яиц. Пока я проводила по ним ладошкой, она вся стала влажной от его пота. Сестра тоже отважилась, взяла в руку его ствол и стала его аккуратненько подрачивать, не спеша передвигая кожицу вверх-вниз.

Я приоткрыла ротик и лизнула яичка, здесь же распробовав на вкус пот меж ног моего владельца. Пот оказался солоноватым, и я начала кропотливо вылизывать яичка, подмывая, таким макаром, то, что очень издавна не умывалось. Сестричка же направила для себя в ротик член владельца и стала мерно посасывать. И вновь тихий стон вырвался из груди нашего патрона: о, как он заскучал по дамским ласкам! Я изловила себя на том, что все происходящее начинало мне нравиться: покорливо положив ручки на ноги владельца, я все активнее вылизывала его яичка, целовала их, ну и моя сестра, похоже, тоже вошла во вкус, сося все лучше. Она наверное к тому же язычком щекотала головку члена — все-же замужем уже была, что необходимо делать в общих чертах представляла. Я с страхом поразмыслила:

«Господи, что все-таки мы делаем??? Ведь …это агрессор, узурпатор, человек, только-только одним приказом отправивший в рабство наших мужей, принадлежащий к расе подонков, поставивших на колени нашу родину, захвативших то, что принадлежало другим».

Но на эту идея пришла другая, что сейчас уже все равно никуда не деться, владельца все равно нужно как можно лучше удовлетворять, чтоб он на нас не обиделся, и лучше уж попробовать получать наслаждение от этого неминуемого процесса. Я продолжила вылизывать его замечательные шары, и даже начала играть с ними, запуская то один, то другой для себя в рот, целуя их в засос и поглаживая руками. Подняв глаза чуток выше, я увидела, как сестренка на секунду оторвалась от ствола, с губ у нее потянулась тоненькая струйка спермы, но она ловко перехватила ее язычком, сглотнула, и опять лаского прикоснулась губами к его жезлу жизни. Владелец сейчас в нечеловеческой неге стонал практически беспрерывно, и не считая этих тихих постанываний тишину комнаты заполняли только сладостные чмокающие звуки наших с сестрой губ. Помяв еще малость в руках так понравившиеся мне контейнеры со спермой владельца, я нырнула носиком под их и осторожно лизнула меж ягодиц государя. Ягодицы были большенными и пахли еще ужаснее, чем яичка, не говоря уже о вкусе. Но чтобы не разочаровать патрона я начала вылизывать сейчас и их. Внезапно, наш мужик приподнял ноги и обхватил ими мою голову, скрестя их сзади меня. Моя голова сейчас была плотно зажата меж его бедер, на носике, закрывая глаза, лежали его яичка, а язычок я запихнула ему в анус, пытаясь чуть не всю мордашку просунуть меж его 2-мя потными и запятанными половинками. Мне сейчас было ничего не видно, не считая его попки и яиц, и ничего не слышно (т.к. ноги плотно зажимали уши). Тут было мрачно и до одури вонюче, но я дышала этим достаточно длительно, показывая свою покорность, не смея вытащить голову и оскорбить владельца. Скоро он начал стонать совершенно бешено, его тело стало вздрагивать, и я сообразила, что он кончает, потому сходу запихнула язычок как можно далее в его анус. Как в последствии выясниться, сестренка тоже не подвела, а в последний момент насадила лицо глубже на его член, плотно сжала губки, и начала отчаянно глотать, стараясь не пролить мимо ни одной капли драгоценного семени. Вот что такое истинное вторжение!

Некое время после того, как владелец счастливо затих, мы так и оставались в этой позе — я, с головой меж его бедер, и сестренка, не смеющая вытащить изо рта его член — давая государю возможность малость придти в себя и отдышаться.

В конце концов я вылезла на свет (мои шикарные белокурые волосы все слиплись от пота из его промежности) и подобралась ближе к члену, благо владелец вновь небережно раскинул ноги в различные стороны. Тут я увидела, что как сестренка ни старалась, часть спермы в нее все-же не поместилась и выплеснулась на животик полковника. Ужаснувшись, что он будет ругать нас за это, я стала бережно слизывать с него сперму. Малость спермы было меж волосиками на лобке — пришлось вылизать и тут.

Лицезрев умиротворенную ухмылку на лице нашего нового владельца, мы пользовались образовавшейся передышкой и начали раздеваться — не напрягать же этим полковника, он и так очень вялый, только-только с полей схваток. Пока мы раздевались донага, у полковника опять встал. До сего времени мы считали всех парней его возраста очень старенькыми для нас и не испытывали к ним никакого влечения. Но на данный момент мы смотрели на этого крепыша в армейской футболке цвета хаки, на его неописуемых размеров достоинство меж обширно раскинутыми бедрами, на его расслабленную, самоуверенную позу, и ловили себя на мысли что не дать такому самцу просто нельзя. Правитель. Лев. Властелин мира. Такие ассоциации приходили мне в голову, когда я смотрела на человека, которого должна была бы непереносить.

Мы спросили владельца, кого из 2-ух женщин он желал бы первой. Он желал блондинку. Я счастливо улыбнулась, подошла скользящей походкой и залезла на него сверху, но он вдруг резко обхватил меня и стремительно перевернулся, навалившись на мое девичье тельце всей собственной колоссальной тушей. Я была просто вмята в диванчик, а так как моя голова доходила ему только до груди, я вновь оказалась в потемках. Со стороны было видно только мужское тело и две растопыренные беленькие девичьи ножки, торчащие из-под него по краям. Я ощутила, как моей покорливо раздвинутой до максимума промежности задела головка ее нового дружка на наиблежайшие месяцы, а то и годы. Он очевидно желал познакомиться ближе и решительно вошел. Полковник насадил меня на член одним резким скачком. О да, это был совершенно не член супруга!!! Он как будто пронзил меня насквозь до самой попы, раздвинув стены влагалища до таких пределов, до которых они еще никогда не раздвигались. Чуток сдав вспять, владелец вновь в меня вошел, казалось, еще далее, чем впервой, хотя, куда уж далее. Он заходил в меня опять и опять, все ускоряясь и ускоряясь. Как будто свирепая машина для изнасилования молодых девченок. Рыцарь без ужаса и упрека. Своим мастерством в агрессивной войне он обосновал свое право на этот приз. Он ебал меня так, что у меня начали слезиться глаза. Его член императивно выколачивал из меня все мемуары о супруге и о прошлой жизни, я не могла уже больше ни о чем другом мыслить, не считая как об этом монстре, пирующем моей плотью. Я ощущала себя нескончаемо немощной и беззащитной, чтоб я ни попробовала сказать — он не услышит, вроде бы ни попробовала шевельнуться — мне это не получится. Я не была в состоянии сделать ровненьким счетом ничего, и ясно понимала, что он будет ебать меня столько, сколько захотит, и если я захочу в некий момент прерваться — я даже никак не смогу об этом сказать. Мне показалось, что полковник услаждался моим тельцем целую вечность. Он все ебал и ебал, ебал и ебал, ебал и ебал. О Боже, каким ничтожным подобием секса было то, чем мы занимались с супругом!!! Только на данный момент член фаворита растолковал мне, что такое реальный секс.

В конце концов бесконечность кончилась, полковник очень глубоко насадил меня на кол и начал кончать. Ворвавшаяся под неописуемым давлением струя жаркой спермы триумфально помчалась, казалось бы, по всему моему организму, оплодотворяя все, что можно, и что нельзя. Полковник кончал длительно и обильно, и я безропотно воспринимала все новые и новые порции спермы, готовая принять столько, сколько он посчитает необходимым для меня. Владельцу виднее, сколько спермы стоит закачать в девченку.

После окончательного заполнения моего юного организма спермой, он еще длительно с меня не слезал, даже не вытащил член, так и лежал, и я уж ужаснулась, что этот могучий зверек, получив свое, на мне просто уснул. Но, отдохнув, он встал и посодействовал подняться мне. Я не могла двинуть ноги и неуклюже сделала пару шажков. Моя сестра смотрела на мои не сдвигающиеся ноги с глубочайшей завистью. Полковник изловил ее взор, улыбнулся и спросил:

— Хочешь, я из тебя сделаю такую же отбивную, как из твоей подружки? Выебу так,

что жизнь медом не покажется.

Глаза сестры зажглись, она отрадно ринулась к нему, обняла, поцеловала, здесь же легла на диванчик и обширно расставила ножки. Видимо, со своим супругом она тоже не разу не узнала, что такое реальный секс. Полковник малость полюбовался стопроцентно раскрытой молодой брюнеточкой с преданным взором и вдруг произнес:

— В этой войне погибли два моих близких друга. Достойных людей уничтожили эти ничтожества из вашей расы, ваши супруги! Ничтожные заморыши посмели оказать сопротивление нам — представителям высшей расы.

Выражение лица сестры на секунду стало суровым, в ней боролись два чувства, но она переборола себя и с вызовом изрекла:

— Отомстите их супругам за их непозволительную …грубость.

В очах полковника блеснула серьезная ярость, он прыгнул на девченку как сумасшедшее животное и начал ебать ее с таковой обезумевшой скоростью и исступленной страстью, что потемнело в очах даже у меня — только наблюдавшей за этим. Жалобные визги сестры стопроцентно заглушались гневным ревом ее владельца. Я лицезрела только промокшую насквозь армейскую футболку, большой нагой зад полковника, неописуемо стремительно перемещавшийся вверх-вниз, и тонкие беленькие ножки моей сестренки, беспомощно болтавшиеся по краям от узурпатора. Он безжалостно трахал ее минут 10, а когда с нее слез, у сестры уже был совсем глупый взор — как будто он выебал из нее весь разум. Гигант. Я была в восхищении. Но полковник не тормознул и на этом.

— Мстить, так мстить, — произнес он, поставив беднягу раком.

Наши супруги никогда не осмеливались просить у нас заднепроходного секса — да мы бы и не позволили. Но сейчас все наши предпочтения в расчет не принимались. Владелец сам решал, как и кого ему ебать. Самое необычное, что даже после того, как он поимел мою сестренку в попу, у него еще осталось довольно сил на попу мою. И только тогда я сообразила, как болезненной может быть плата за высококачественный секс.

Когда невыебаных отверстий ни у меня, ни у сестренки не осталось, полковник, в конце концов, успокоился и лег подремать. Мы примостились по бокам от него, жалобно прижавшись к нашему владельцу. Засыпая, я успела поразмыслить, что есть в этом какая-то закономерность: слабеньких самцов сразили сильные, а у самочек роль малая — продолжать род тех, кто сильней.

Пишите мне сюда burkinafaso@inbox.ru

Отзывы:
Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *