Марыся

Категория: Остальное

Приподняв крышку схрона, замаскированную маленький елкой, проводник ОУН «Нечай» непроизвольно выругался от резонувшей по очам броской белизны. Снег выпал внезапно рано и толстым слоем. Спецруппа СБ ОУН оказалась в ловушке. Даже плюнуть в лесу- означало навести на себя истребков МГБ. Оставалось ожидать оттепели.

Нечай аккуратненько закрыл лючок и спустился в бункер. 5 пар глаз выжидательно смотрели на него. Четыре рослых юных юношей и женщина, лет шестнадцати, кароокая приземистая связная Марыся. Хлопцы в группе подобрались отборные- «Явор», «Коса», «Сокол» и «Гром». «Явор», а по крещению- Тимофей, был братом Марыси. Их село находилось в 4 километрах от схрона и намедни женщина принесла «грипс» об обстановке в районе и продукты. Ненастье застало ее в дороге. Связная ужаснулась ворачиваться в мгле и Нечай разрешил ей остаться до утра. Товаров хватало навечно, но Марыся…? Ждем оттепели,-решил Нечай. 1-ый снег длительно не лежит.

Прошли два денька…

Испражнялись в особом отсеке с вытяжкой в дупло старенькой сосны, хотя в землянке сходу остро запахло мужской мочой и неуловимо узким будоражащим запахом выделений юный самки. Издавна немытые юные тела нещадно почесывались во увлажненной духоте, в особенности гениталии и под мышками. Члены болезненно ломило от прикосновения рук и блудливых мыслей. Глаза невольно сверлили белизну круглых аппетитных девичьих коленок. Патриотические речи Нечая растворялись в кипении юный крови и звучали несуразно. Хлопцам хотелось ебаться…

Небогатый свет полусгоревшей свечи создавал магический интим и, смотря на колеблющийся язычек пламени, самцам чудилось извивающееся нагое тело связной. В критичных ситуациях то один, то другой уходил, типо по нужде, подрочиться в нужник, но от этого не легчало. Запах спермы пропитал землянку и потряхивал чутье девицы, как наркотик. Она не была девственницей, полгода вспять подарив себя в патриотическом порыве другу брата. Оба они ушли в подполье после безбашенной подмены красноватого флага — желто-голубым на халупе сельского совета. Охрим, так звали парня, бесталантно разорвал ей целку, три раза извергнувшись перед прорывом липкими фонтанами семени. Промежность длительно болела и мемуары о дурном порыве были Марысе неприятны. Через три месяца тело Охрима ночкой похоронили на сельском кладбище. Он подорвал себя гранатой, попав в чекистскую засаду. Марыся стала гордиться своим прощальным подарком герою и сожалела о минутках раскаяния. Ночами сентиментально рыдала в подушку и готова была подарить свою любовь, тело и ласки всем повстанцам за «незалежную» Украину. Морально она была готова к таковой высочайшей жертве и ощущала, что этот час пришел.

Нечай хладнокровно мог уничтожить хоть какого, во имя идеи. Он и убивал много. Сам и силой собственных возможностей лишал жизни руками других. Супруга с 2-мя детками только время от времени получала небогатые вести от него. Супруг был идеологическим бойцом и своим фанатизмом вызывал ужас даже у нее. Во имя идеи он мог перескочить и ее жизнь и … малышей. Телесные наслаждения у Нечая были редки и непрогнозируемы. Последний праздничек тела он позволил для себя с комсомольской активисткой, захваченной с кооперативным обозом. Нечай сам увел ее в лесную чащу для ликвидации. Женщина, в преддверии погибели, кинула ему под ноги себя. Сорвав одежки, она дрожащим голосом попросила…

-Сразу убей, но лучше возьми меня, а позже убей…Если рука подымется…

Нечай взял ее. И это был незабвенный секс палача и жертвы.

Она нередко стала сниться ночами… Улыбается с закрытыми очами и приглашает к для себя. Оголенная и прекрасная. Плохо, когда мертвецы зовут к для себя…

Смотря на связную и свою команду, Нечай осознавал, что чертовски назревает сексапильный обвал и его спецотряд преобразуется в группу обычных сопляков, разум которых перешел в брюки. Для сохранения боездатности группы следовало немедля избавиться от Марыси. Либо выслать в село, либо… устранить. Но брат! Последствия непредсказуемы. Ну и сам Нечай с наслаждением чесал глаза о точенные коленки да титьки девицы и член его ломило от тесноты места.

«Коса» страдал на физическом уровне. После ликвидации сексота МГБ в примыкающем райцентре он уходил последним и уже на задворках города, в сумерках, повстречался с юродивой, одетой в старенькое подвенечное платьице. Тридцатилетняя дура, отрадно улыбаясь, шла навстречу Косе и проникновенно нараспев приговаривала…

-Радость моя! Любовь моя! Как длительно я ожидала…Мой красавчик… Моя жизнь… Обними меня…, я так желаю тебя..!

Дама опутала боевика руками за шейку и прижалась к нему всем телом. От нее пахло развратом от недавнешней ебли с местными сопляками-стажерами.

Юноша с запозданием стал отталкивать дуру, но она мертвой цепкой вцепилась в воображаемого жениха и тот возбудился. Безжалостно возбудился. Сказалось длительное воздержание, юная кровь и напряжение после проведенной операции. С трудом владея собой, Коса, боковым зрением стремительно исследовал обстановку и быстро уволок даму в высочайшие лопухи. «Жена» была счастлива, а «жених» нетерпелив и горяч. Чуть вставив член в скользкую от пацанской спермы щель дуры, его клапан прорвало и он длительно и обильно поливал ее матку своим семенем. Сбросив напряжение, Коса ринулся бегом к месту сбора группы.

Через один день член побагровел, раздулся и зарыдал седоватым гноем. Ссать стало мучительно больно и неинтересно.

«Явор» морально мучился больше всех. Его идеологическая платформа переломилась на айсберге ситуации и он более трезво оценивал обстановку. Он очень обожал Марысю и ему было очень неприятно следить за деформацией нравственности группы и самой сестры. Даже у ожесточенного «зверхныка» Нечая пошла крыша, т.к. глаза его масляно шарили по телу девицы. Явор кожей ощущал неизбежность падения сестры и не знал, как предупредить ее позор.

-Москали-и-и-и!- наизловещей дробью по тесовым стенкам землянки стукнули слова дозорного Орла, наблюдавшего за подходами к бункеру через типичный перископ.

Нечай грубо оттолкнул его и прилип к окуляру.

Взвод красноармейцев цепочкой на лыжах торовал снег, соблюдая неопасную дистанцию друг от друга. Во главе шеренги бежала на поводке рослая темная овчарка, неспокойно поводя носом по сторонам. Вдруг она резко тормознула и глухо пролаяла в сторону схрона.

-Пар! Пар из дупла! — закричал один из боец, тыкая пальцем в сосну над схроном.

Нечай сорвал с себя свитер и комом загнал его в вытяжку.

Цепочка тормознула, ощетинившись автоматными стволами.

-Хуйн-я-я!- сделал возражение старший.- Может белка вильнула!

Несколько томительных минут цепь увидела сосну и двинулась далее. Овчарка огрызалась и норовила повернуть вспять.

-Пронесло!,- утомилось погрузился на нары Нечай,- Но кляп не вынимать. Могут проверить ночкой.

Через час стало душно и повстанцы разделись до пояса, потно блестя в бликах свечки.

Марыся тоже сняла свитер и посиживала в узкой ситцевой кофте, прилипшей к потному телу. Как нагая.

Прошлая опасность сделала всех говорливыми и счастливыми. Марыся, менее адаптированная к таким стрессам, вдруг экзальтировано ринулась на грудь Нечая и стала осыпать его лицо поцелуями……

-Миленький!…Спасибо…Ты выручил нас…Я так люблю тебя!…

Неосмотрительным движением она сбила свечу на пол и землянку впитала темень.

В абсолютной тиши слышно только чмоканье губ Марыси и нарастающее сопение Нечая. Он подсознательно придавил даму к груди и их губки соединились в скупом поцелуе. Рука ее шарила по бугру штанов и нетерпеливо расстегивала пуговицы шириньки. В каком-то угаре, как под гипнозом, забыв вообще обо всем, степенный главарь боевки службы безопасности ОУН и его связная, практически малолетка сошлись в любовном танце.

Нечай ебал Марысю, как буд-то не ебался никогда. С нетерпеливой пацанской прытью влетел застоявшимся членом в горячее лоно девицы и размазал ее тело по лежаку. Член сорвался с предохранителя стремительно, но кончал длительно и массивно, пульсируя в недрах Марыси и она застонала звучно и страстно, позже тише, тише и утомилось замычала уже закрытым ртом. Марыся в первый раз узнала оргазм.

Возбужденные повстанцы дырявили торчащими членами доски собственных лежаков и даже Явор утратил весь контроль над собой и жаждал поебаться с сестрой.

Нечай пренес обмякшее тело девицы на ее топчан.

Через недолговременное время дрожащая рука Косы уже гладила, мяла груди Марыси а 2-ая шарила по кустистому лобку, попадая пальцами в скользский от начальственной спермы зев влагалища. Юный организм девицы стремительно правильно отреагировал на ласки и она шумно задышала. Гноящийся толстый и длиннющий ствол мягко проскользнул вовнутрь и заработал, как будто поршень. Марыся уже крючилась в сладких муках, а Коса никак не мог разрядиться. И, уже когда тело под ним закончило реагировать на фрикции, головку члена болезненно, но так приятно заломило и из него зафонтанировало обильно и сладко-сладко.

Явор пришел утешить сестру после всех. Он два раза кончил, слушая звуки и стоны с ее топчана. Брат желал приголубить беспутницу, а главное, убедиться, что она не мучается.

В кромешной мгле рука Явора попала на грудь и задержалась. Грудь была обнажена, ибо женщина уже находилась в прострации. Измотанная оргазмами, с пылающим влагалищем и засосанными губками она практически отключилась. Горячая рука брата на груди вновь возвратила ее к действительности.

-Больше не могу,- жалобно попросила она.

-Не страшись, Марыська, это я, Тима.

Марыся притянула брата к для себя и он прилег рядом, оставив руку на груди.

-Тимка, ты не осуждаешь меня? Ты никому не расскажешь? Я не жалею… Я ,я, я… не знаю, что со мною… Я всех вас люблю…

Сестра шептала оправдания собственной беспутности, а брат успокаивающе гладил ее грудь и… возбуждался. Член его налился силой и Марыся услышала, ощутила похоть брата. Она оборотилась боком, высвободила его член, благовейно погладив его ладошкой.

-Возьми меня Тимчик,- попросила Марыся, — Никто не выяснит. Сейчас все равно…

Явор ебал сестру, стараясь не сопеть, тихо и плавненько скользя в нее и зануриваясь до конца, замирал, давая крови малость успокоиться, сглаживал дыхание. Марыся скоро утратила контроль над собой, бесновалась телом, стонала и он закрывал ее уста своими, в первый раз целуя сестру в губки. Кончили они сразу, горячо и настойчиво. Одна кровь, один характер…

Днем Нечай отметил пришествие оттепели. Снег почернел и обильно таял на открытых местах. Все повеселели и наперерыв сыпали шуточками. Марыся багровела, если произносились двусмысленности, но общая надежда скорого освобождения из подземного плена делала их детками.

Последующие две ночи стали для Марыси практически ужасом. Она растеряла чувство действительности. Казалось, что большой, тернистый и пульсирующий член врос в нее и тер наждаком нежные складки губ ее влагалища, клешни рук больно мяли девичьи груди, а уста от боли утратили чувствительность и закончили чувствовать прикосновение губ любовников.

К беспощадной действительности женщина возвратилась от резкой боли в руке, за какую ее грубо стянул с лежака Нечай.

Ярко горели свечки. Боевка стояла на вытяжку. Глаза «героев» сверлили пол.

-Так ты , курва, заразила всех! Знала и заразила!,-зловеще хрипел главарь, брызгая слюной Марысе в лицо.

Она прикрыла рукою нагие груди и охнула от боли в промежности, пытаясь согнуться. Нечай врезал связной кулаком в животик, но не отдал ей свалиться, придерживая за пышые растрепанные волосы. Явор негодующе рванулся на защиту сестры, но напоролся на ствол браунинга. Коса устрашающе улыбался… Он всегда улыбался, в преддверии свежайшей крови…

-Снять брюки!- тихо отдал приказ всем Нечай, и брюки повстанцев свалились долу.

-Посмотри, курво, что ты из моих стрельцов сделала…

Взгляду Марыси раскрылись висячие члены «надежды цивилизации». Красно-фиолетовые, раздутые и неприятные…, в особенности у Косы. Явор брюки не снял. Он ненавидеще смотрел в глаза проводника и готов был растерзать его…

-А вы, панэ проводник, почему штанов не снимете? От вас все и пошло!

-Москали-и-и-и!- остудил всех дозорный Сокол.

Нечай ринулся к окуляру, как к спасению от позора. Но то, что он увидел, было страшнее позора.

На торенной лыжне опять стояла цепочка сыскарей, рассматривающих злосчастную сосну с вентиляционным дуплом. Через полчаса они ушли, но остался смутный осадок преддверия погибели. И мигнула в сознании тень активистки, зовущей за собой…

-Через два часа уходим!- отдал приказ Нечай.,- На данный момент отдых.

Он сходу погасил свечки и присел у изголовья морально растоптанной связной. Почувствовав рядом Нечая, Марыся доверчиво потянулась к нему и беззвучно зарыдала, как незаслуженно обиженный ребенок.

Нечай погладил ее лицо, влажное от слез и нежное-нежное, как шелк. Потом грубая ладонь вытерла слезы с губ, опустилась на дрожащий подбородок и пальцами, чуть осязаемо прошлась по атласу извива шейки, приподняла голову Марыси и … женщина задохнулась от грозной удавки. Спец по погибели в толики секунды затянул на шейке девицы примитивно-страшный зашморг (называемый спецами СБ «удавкой») и она затрепыхалась, как рыба без воды, замычала протяжно и затихла под грузом тела проводника.

Коса непроизвольно захихикал… Звуки погибели и зачатия так похожи… Как хохот и рыдания. Только гримасы различные…

При свете фонаря боевка выходила из схрона. Явор, Сокол и Гром- первыми и сходу ж залегли, держа под прицелом собственный сектор леса.

Нечай оставил Косу для выноса тела Марыси. Ему он почему-либо доверял больше всего. Схрон могли использовать другие группы и труп в нем оставлять было нельзя. Поднявшись на поверхность, Нечай принял закрученое в одеяло тело девицы и положил его на снег.

Явор с нарастающим страхом прислушивался к эвакуации боевки из схрона… Он не слышал ни звука от сестры. Ни стона, ни возмущения, ни радости. Будто бы ее и не было… Он повернул голову к пролазу и глаза его впились в черный, недвижный сверток на снегу. Явор прозрел и презрев условности приказов, дисциплины, боязни начальства…, даже ужаса смерти- встал и пошел к свертку.

-Назад! На пост!-прошипел главарь, но Явор …уже отбросил край ткани и его ужас придал силы безумству мучения и позора. Искаженное предсмертной мукой с выпученными от удушья очами застывшее лицо сестры смотрело в никуда.

Нечай на мгновение растерялся и это мгновение стало последним в его жизни. Два звучных свинцовых плевка из ТТ выпустили душу проводника на нескончаемую свободу. Либо в ад. Спецы разберутся.

1-ый выстрел Косы прошил мякоть плеча Явора и он выронил пистолет. 2-ая пуля шла в затылок, но секудное промедление, поворот корпуса и свинец в профиль, как бесталантный дантист, вырвал Явору кутние зубы и часть языка. И сознание…

Сыскари МГБ застыли, услышав четыре выстрела и, повинуясь команде, развернулись редчайшей цепью по направлению к схрону. Через пятнадцать минут Сокол недлинной очередью скосил передового красноармейца, но скоро боевка была в кольце. Коса не отстреливался, ибо на вспышку выстрела отвечали 10-ки выстрелов. Он лежал рядом с мертвой Марысей и ее братом, прикрытый их телами от шальной пули. Скоро стрельба закончилась. У Орла и Грома кончились патроны.

-Мы предлагаем Вам сдаться!- проорал зычный баритон со стороны цепи. -Обещаем жизнь и справедливое решение суда.

-Обещала кицька мишке сиську…- зло сплюнул в снег Гром и поднялся во весь рост.

Сокол тоже встал и с поднятыми руками пошел к Грому. Они повстречались, обнялись лоб в лоб и… запели в пол-голоса «Ще нэ вмерла Украина…».

-Близко не подходить!- закричал баритон, но концовка его клика растворилась в броской вспышке и грохоте взрыва противотанковой гранаты. Души молодых повстанцев присоединились к проводниковой, а членам больше не требовалось исцеление.

***

Сменялись зимы…

Явор с обезображенной рожой и нечленораздельной речью женился уже в ссылке на выселеной из Украины красавице Орысе из семьи «неприятеля народа». В Сибири. у их родились две дочурки-Марыся и Олеся. В 60-е, оттепельные годы, возвратились на родину. Коса освободился из ссылки годом позднее Явора. Он практически не поменялся, но глас стал пискливым, как у кастрата. В тюремном госпитале Косе вырезали прогнившие мужские достопримечательности и с той поры член употреблялся им исключительно в качестве письки.

Через один день побывки, полный веселого интереса и, даже не успев пообщаться с бессчетной родней, Коса болтался совсем мертвый на дверной ручке дощатого туалета во дворе родного дома…

ЧУЛЫМ

12.11.03

Отзывы:
Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *